Он меня изнасиловал». История харассмента и советы девушкам

Содержание

«Ему постоянно позволяли меня мыть»: как жить, если родные братья превращаются в мучителей. История вторая

Во Франции приняли закон: секс с ребенком в возрасте до 15 лет приравнивается к изнасилованию. На это повлиял флешмоб #metooincest, во время которого француженки массово рассказывали о насилии со стороны родственников. +1Люди и эксперты фондов напоминают: сексуальные травмы, нанесенные в детстве, оказывают деструктивное влияние на всю последующую жизнь. Это подтверждают истории Лейлы и Дарьи, которые впервые открыто рассказали о том, как с раннего детства их насиловали собственные братья.

Читать историю Лейлы

Дарье 30 лет. Она замужем, воспитывает пятилетнюю дочь. До ухода в декрет Даша пять лет пела в православном храме. Она ездит на лошади, любит нестрашные семейные фильмы, изучает французский и сочиняет сказки для своей маленькой дочери.

С пяти до 13 лет Даша подвергалась насилию со стороны родного брата. Она рассказывает свою историю голосом второй раз в жизни. С психотерапевтом Даша свою травму пока не проработала, и говорить ей непросто.

Дарья Сингурян

Дарья Сингурян, smm-специалист из Кургана

— О своей истории я впервые написала во Vkontakte. Там у меня достаточно подписчиков и какой-то резонанс был.

Когда меня впервые попытался изнасиловать собственный родной брат, мне было пять лет. Столько же сейчас моей дочке. Тогда же закончилось мое детство. Моим насильником был старший брат. Ему удавалось насиловать меня долгих 9 лет, и никто ничего не заметил.

Я знаю, что такое жить двумя жизнями параллельно. Знаю, как это — не чувствовать тело, когда тебя насилуют, а просто разглядывать цветы на обоях. Знаю, как испытывать чувство вины за то, что с тобой сделали. Знаю, как психика вытесняет травмы, когда почти половина жизни — это мелкие осколки воспоминаний, врезавшиеся в душу. Когда ты не помнишь, что именно происходило, но чувствуешь это телом.

Все началось после того, как умер наш дедушка, а папа стал жить отдельно, потому что они с мамой поссорились. C братом у меня восемь лет разницы. Еще есть родная сестра, которая на шесть лет старше.

Дарья Сингурян в возрасте восьми лет

Когда все случилось впервые, моему брату было около 13-14 лет. Сначала все было на уровне разговоров. Брат приносил мне взрослые книги, показывал картинки. Все было плавно, незаметно. Я вообще ничего не понимала.

Нас воспитывала мама. Она была авторитарной, постоянно психологически давила. Я только в 30 лет узнала, что такое личные границы. Что касалось интимных вопросов — обсуждать их с кем-то из взрослых было невозможно.

Вспышки, фрагменты, части

Не получается выстроить цельную последовательную картину — в голове вспышки, фрагменты. Сознание как будто блокирует болезненные воспоминания.

Помню, что были попытки изнасилования в раннем детстве, когда мне было около пяти. Я начинала кричать, в соседней комнате были мама с сестрой, брат боялся, что все раскроется, и прекращал. Когда подросла, я разговаривала с сестрой. Она уверяет, что ничего не знала. Отчетливо помню, что, когда брат показывал мне книжки, сестра грозилась рассказать маме. Сестре тогда было всего 12 лет, тоже ребенок.

Когда мне было 9, я пригрозила, что все расскажу маме. И услышала фразу: «Молчи или мама умрет, она этого не переживет, маму надо беречь».

Если бы я могла, то сказала бы всем: «Мамы, папы, бабушки, пожалуйста, никогда не говорите детям, что вас нельзя расстраивать, не давайте такого посыла! Пусть дети знают, что вы сильные, взрослые и все выдержите и поможете».

«Даша, ты просто хочешь отобрать у нас квартиру»

С братом я не общалась лет семь — с тех пор, как вышла замуж. С мамой были в контакте до ноября 2020 года, пока она не узнала о моем опыте инцеста.

Мама постоянно спрашивала: «Почему ты не общаешься с братом?» Я не хотела говорить ей, чтобы не травмировать. Мой муж рассказал обо всем маме в переписке.

Мама не поверила, потом еще и обвинила меня в том, что я все это придумала с корыстной целью. У меня в долевой собственности было жилье, где я выросла и где происходило насилие. Мне очень неприятно туда возвращаться. Там все еще живут брат и мама. Подразумевалось, что я выгоню брата из этого жилья через суд. Я полностью отказалась от прав на эту квартиру.

Когда все только начиналось, брат сказал: «Ты не взрослая, не можешь забеременеть, поэтому все можно».

Насилие продолжалось лет до 13-14. Он уже был совершеннолетний, старше 20. Моя жизнь поделилась на две части: скрытую от всех, где есть насилие, и внешне благополучную, с семьей, где все ладят друг с другом.

В 13 лет меня отправили в летний лагерь. Там я поняла: оказывается, существует детская жизнь, где никого не насилуют. Как раз в это время пришли месячные. А когда вернулась домой, в голове что-то перещелкнуло: я стала давать отпор.

«Дети не должны видеть голыми друг друга и родителей»

В детстве мне всегда говорили, что я должна быть тихой, мягкой, удобной. Мама постоянно твердила, как многим я обязана брату.

Мама крестила меня в четыре года. Я росла, знала, что есть Бог. Дома были иконы, но в храм мама не ходила. Она узнала из книг о религии, что дети должны слушаться родителей, и усиленно это прививала.

Дома было жуткое нарушение границ. Переодевались все при всех. Не было защелки в ванной.

Брат мог прийти, помыть меня, хотя мне было лет 10. Сейчас я понимаю, как это странно. Это однозначно повлияло на нездоровые отношения между мной и братом.

Сейчас мы с мужем воспитываем дочку и сразу объясняем, что такое личные границы, кто может до нее дотронуться. Есть интимные зоны: груди, трусиков. Никто не может дотрагиваться до них без разрешения. Мыть ребенка могут мама или папа. Врач должен проводить осмотр в присутствии родителей и с их позволения. Таковы правила безопасности.

Дети однозначно не должны видеть друг друга и родителей голыми. Это размывает понятия о том, что можно и что нельзя.

«Самое страшное молчание»

Почему только в 30 лет я начала об этом говорить? Это стыдно, я винила себя. Муж долго не знал, хотя у нас нет секретов. Ему смогла рассказать только в переписке: закрывшись в туалете, уревевшись, дрожащими руками набрала сообщение о сексуальном насилии в детстве со стороны брата. Стена молчания рухнула.

Чуть позже поделилась и с сестрой. Она сказала, что ничего не знала, что это ужас, и я должна молчать. Опять молчать, чтоб маму не расстроить, а то мама умрет. Те же слова, что и в детстве.

Я больше не хочу испытывать чувство стыда, мне нечего стыдиться во всей этой истории.

Я не стала грязной или испорченной. На мне нет вины за случившееся — я была ребенком.

Всю жизнь я боялась отвержения. Считала, что, если кто-то узнает обо мне это, то отвернется. Я думала, что со мной что-то не так, раз такое произошло именно со мной.

Самое страшное во всей этой истории — молчание. Мне страшно думать, сколько таких же девочек прямо сейчас молчат, чтобы не расстроить маму, или боятся, что им не поверят, не защитят.

«Какие последствия насилия пришлось пережить»

В семь лет я пошла в школу. Ко второму классу у меня резко упал иммунитет. Я стояла на учете у иммунолога, врачи не могли понять, что произошло. Я так понимаю, организм дал сбой на фоне насилия. Я настолько часто болела, что меня перевели на домашнее обучение. У меня не было внешнего мира, был только брат-насильник.

Начался невроз навязчивых движений: руки постоянно мельтешили, это видно на фотографиях.

Наблюдалась у невропатолога. Только с седьмого класса я стала ходить в школу.

С детства и до сих пор каждую ночь мне снятся кошмары. Понимаю, что нужно идти к психиатру, но пока не решаюсь.

В 19 лет я сама пришла в православный храм и воцерковилась, но есть духовная и душевная сферы. И психику нужно лечить у специалистов.

После того как я все публично рассказала в соцсети, у меня случился депрессивный эпизод.

Я смотрела у нас в городе отзывы на психиатров, к ним никто не советует идти даже с простыми вещами, не говоря уже об инцесте. Финансы сейчас не позволяют вкладывать в себя. У нас много других финансовых затрат. Психотерапия пока не по карману.

Читать статью  Как вызвать сантехника из ЖЭКа?

«Я чувствовала себя виноватой»

Когда я стала взрослее и все прекратилось, мы с братом жили, будто ничего не было. Один раз брат, как мне показалось, хотел на эту тему поговорить. Он сказал, что хотел покончить с собой. Я почувствовала себя виноватой. Ведь я тоже участвовала, и на мне ответственность.

Когда я рассказала свою историю, многие люди стали писать в комментариях о похожем опыте.

Родственница рассказала, что она подвергалась насилию в детстве. Я поняла, насколько это распространено.

Дарья на конной прогулке

Я не знаю, как это предотвратить. Дочку от всего ограждаю. Конечно, я понимаю, что так нельзя. Перебарываю себя. Нужно ее в секции отдавать, а я боюсь ее кому-то доверить.

Нужно показывать ребенку, как отстаивать личные границы, — например, не позволять какие-то вещи с собой делать, которые не нравятся. Это положительно сработает в дальнейшем.

Бочарова Елизавета, специалистка проекта помощи пережившим сексуализированное насилие в детстве «Тебе поверят» .

Истории Дарьи и Лейлы отражают достаточно часто встречающиеся в таких ситуациях моменты:

  • Насилие начинается исподволь, насильник уговаривает/манипулирует/запугивает ребенка, постепенно втягивая его в ситуацию «страшной тайны». Сначала будто бы не происходит ничего особенного, а потом оказывается как будто бы поздно. И ребенку уже страшно, что он сам виноват, его обвинят, из-за него разрушится семья, расстроится мама, родственник окажется в тюрьме и т.д. У маленьких детей часто просто нет слов для того, чтобы рассказать о том, что с ними происходит.
  • Мама не верит. Даже когда признание происходит уже спустя годы (история Лейлы), мама говорит, что «такого не может быть», или придумывает какие-то причины, почему дочь «сочинила» такую историю. Это тоже очень частое явление. Есть впечатление, что такого практически не бывает (это не соответствует действительности). Поэтому важно говорить о таких случаях и самом явлении в принципе.
  • С другой стороны, матери сталкиваются с жестким выбором: ведь если она поверит, ей придется что-то делать в связи с этим. Такая перспектива может показаться женщине настолько невыносимой, что она «предпочтет» не верить дочке. Это не оправдывает матерей, просто объясняет, почему матери так часто не верят детям, которые рассказывают им, что столкнулись с насилием.
  • Насилие началось в трудный для женщин момент, когда было много проблем (ссора с мужем, смерть дедушки, одна с тремя детьми), можно предположить, что маме было не до детей, не было сил замечать, что с ними происходит, и поддерживать с ними контакт.
  • Первая героиня говорит о том, что мать была авторитарна, применяла физические наказания и транслировала идеи, какой должна быть девочка, и мать второй была примерно такой же. В обеих историях звучат идеи о том, что ребенок должен быть послушным, что нельзя перечить взрослым (и в пределе — взрослый всегда прав). Один из моментов, на который мы рекомендуем родителям обращать внимание с целью предупреждения таких ситуаций, — учить ребенка говорить о том, что ему не нравится, рассказывать, что не всех взрослых и не всегда нужно слушаться. Если происходит что-то неприятное — об этом можно и нужно рассказать. Во второй истории насилие прекратилось тогда, когда героиня смогла дать отпор.

Хочется отметить и специфическую догматичность обеих мам, — это тоже создает некий повышенный риск жестких правил, подчиненной позиции ребенка и женщины, образа того, как должно быть, и нетерпимости к отклонению от этого образа.

За последние пять лет в России на 42% выросло число преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних: каждое шестое преступление совершается в семье. Часто пострадавшие не могут защитить свои права, обратившись в правоохранительные органы.

По статистике, всего около 4% детей лгут о сексуализированном насилии. Согласно исследованиям криминологов, фактов сексуализированного насилия в 7,8 раз больше, чем регистрируется. По данным центра «Сестры», из 10 преступлений регистрируется только одно.

Людям, которые пережили насилие, помогают в фонде «Безопасный дом».

«Безопасный дом» собирает 300 000 руб., чтобы поддержать 10 человек, которые прямо сейчас нуждаются в помощи.

Все они пережили торговлю людьми, сексуальную эксплуатацию и насилие.

Деньги необходимы, чтобы покрыть основные расходы проекта (проживание, питание и другие базовые нужды, медицинскую помощь), а также оплату специалистов, работающих с пострадавшими.

Вы можете помочь таким, как Дарья, получить помощь специалистов.

Куда обратиться за помощью?

Фонд помощи «Птицы». Оказывает бесплатную психологическую, правовую и другую помощь людям, пережившим насилие +7 (967) 967—39—29.

Проект «Тебе поверят». Платформа для психологических, образовательных и медийных инициатив, направленных на сокращение уровня сексуализированного насилия над детьми и подростками.

Центр «Сестры». Оказывает психологическую поддержку пережившим сексуализированное насилие и их близким вне зависимости от возраста +7 (499) 901-02-01.

Сеть взаимопомощи женщин «ТыНеОдна». Контакты психологов и юристов.

Общероссийский телефон доверия для детей +7 (800) 2000-122

Горячая линия «Ребенок в опасности» Следственного комитета РФ +7 (800) 707-79-78

Служба психологической помощи для подростков и молодежи до 23 лет «Твоя территория онлайн».

Кризисный центр «Мария» оказывает юридическую, психологическую и гуманитарная помощь женщинам и детям в трудной жизненной ситуации. 8-920-116-37-35

Чем живет фонд «Оглянитесь вокруг», который помогает тем, кто оказался в трудной ситуации

«Он меня изнасиловал». История харассмента и советы девушкам

Unsplash

В редакцию «360» обратилась девушка по имени Марина, которая заявила, что ее регулярно принуждал к сексу начальник. Подчиненная изначально не собиралась рассказывать о происходящем, так как боялась оказаться без работы с кредитами. Более того, мужчина подчеркнул, что обладает связями в правоохранительных органах, и в случае огласки девушка попросту выставит себя в нехорошем свете. Когда ситуация дошла до критической точки, Марина решила больше не молчать. Как девушкам поступить в подобных обстоятельствах и почему проблему нельзя игнорировать — в материале «360».

Насилие на работе

Марина работает в крупной компании уже более пяти лет. Начальство всегда считало ее ценным сотрудником, она была на хорошем счету. Девушку даже сделали правой рукой генерального директора, с которым она проработала бок о бок 3,5 года.

По словам Марины, все было замечательно — до майского корпоратива 2021 года. На том мероприятии начальник начал как-то странно себя вести, расспрашивать о личной жизни. На тот момент сотрудница была в браке, поэтому ничего не заподозрила и спокойно рассказала о муже.

Потом получилось так, что он вызвал меня к себе в кабинет. Сказал, что ему необходимо со мной поговорить и услышать женский взгляд на какую-то его проблему. Учитывая, что я 3,5 года общалась с ним, в конфиденциальной обстановке в том числе, не почувствовала никакого подвоха

По ее словам, генеральный директор предложил подняться в отель, который находится на пятом этаже — над офисом. Девушку такое предложение не смутило: она знала, что кабинет начальника прослушивается, а он вряд ли хотел, чтобы информация дошла до кто-то еще.

«Мы поднялись в номер, где он меня изнасиловал. Кроме этого, он очень грубо со мной обращался. После сказал, что у него есть связи в правоохранительных органах, в Следственном комитете, что я буду посмешищем, если что-то кому-то расскажу. Сказал, что, если я кому-то что-то расскажу, он меня уволит», — поделилась Марина.

Причины для молчания

Она подчеркнула, что зарплата в 60 тысяч рублей ей крайне важна: у Марины есть кредиты, доход супруга на тот момент был также скромным. Без средств к существованию девушка остаться не могла, поэтому решила молчать.

«Он этим воспользовался. Начал меня принуждать к сексу в рабочее время. Опять же на том же самом пятом этаже. Так как он очень боялся, что жена увидит или узнает, это все было инкогнито, без всяких цветов, подарков, знаков внимания, чисто принуждение к сексу. Далее он стал брать меня в командировки, где также принуждал к сексу. Я не раз просила его прекратить. Он говорил: „Хорошо“. И снова все продолжалось», — заявила Марина.

Прессинг из-за отказов

В августе 2022 она встретила молодого человека, с которым решила строить серьезные отношения. Сотрудница в очередной раз попросила начальника отстать. После этого начались неприятности на работе: на девушку стали давить, обсуждать поставленные задачи с ее подчиненными без самой Марины, всячески демонстрировали, что ей готовят замену.

«Я с ним поговорила. Даже мой молодой человек с ним встречался, разговаривал. Они вроде как договорились о том, что все нормально, что действительно не будет больше никаких командировок, не будет корпоратива, что я могу не ездить. Пожали руки, выпили кофе. Я успокоилась и была очень рада», — подчеркнула Марина.

Но прессинг на работе лишь усилился. В итоге коллеги собрались на очередной корпоратив — в акваклуб. Начальник написал девушке записку о том, что они с ней вновь идут в номер после мероприятия, пояснила Марина. Тогда она была вынуждена была обратиться к адвокату.

«Я понимала, что буду уволена. Когда я отказалась идти на корпоратив, он вызвал меня к себе в кабинет. Есть аудиозапись, подтверждающая, что я говорила о том, что я не буду с ним спать больше, никаких командировок, ничего. Просто я почувствовала какой-то подвох и решила все-таки записать на диктофон. После этого прессинг усилился еще больше», — рассказала девушка.

Она отметила, что ее сотрудников начали попросту забирать из кабинета, настраивать против Марины. Тогда она поняла — ситуация безвыходная. И девушка в ней ничего не выигрывает. В итоге 18 октября она написала заявление в полицию.

Это мне невыгодно. Я хотела просто спокойно работать. Мне очень тяжело рассказывать данную историю. Я женщина, я никогда не стала бы выносить сор из избы. Я очень люблю свою работу, нахожусь на хорошем счету, до сих пор числюсь там. Есть многие поощрения от высшего руководства

Проверка на полиграфе

Адвокат по уголовным делам, с опытом работы в прокуратуре Максим Калинов рассказал «360», что Марина подала заявление в полицию и Следственный комитет. Проводятся первоочередные проверочные мероприятия.

«Она опрошена, прошла исследование на полиграфе, который подтвердил, что все сказанное является правдой. Сейчас будет рассматриваться вопрос о возбуждении уголовного дела. Но опять же следует отметить, что предполагаемый виновник занимает значимую должность — генерального директора. Со слов доверительницы, она хочет это осветить, он не раз говорил, что обладает большими связями в правоохранительных органах, полиции, Следственном комитете, отделе собственной безопасности компании», — подчеркнул Калинов.

По его информации, Марину сейчас обвинят в заведомо ложном доносе. Адвокат также подчеркнул, что девушке в данной ситуации все это не выгодно вообще. Она до сих пор числится на занимаемой должности.

«Вся эта ситуация идет ей только в минус. Скорее всего, она будет уволена. В связи с тем, что ей не дали возможность строить личную жизнь и потребовали пожизненного рабства в качестве любовницы, она просто не смогла… Выбрала семью, отношения. Понимала, что ее выгонят с работы по надуманным основаниям, поэтому приняла такое решение — придать этому резонанс», — пояснил Калинов.

Он добавил, что лично встречался с генеральным директором, который отрицал наличие сексуальной связи между ним и Мариной. Но уже есть информация из отелей, где они отдыхали.

Что делать в случае харассмента

Марина подчеркнула, что о таких ситуациях молчат многие девушки. И ее история может помочь им начать говорить. Она подчеркнула, что подобные случаи обычно заканчиваются негативно для женщины.

«Я бы порекомендовала в первую очередь себя как-то обезопасить. Может быть, сохранить как-то переписку. Может быть, где-то записать на диктофон. Самое главное, что будет для Следственного комитете и правоохранительных органов весовым основанием, не стирайте одежду, на которую попадает мужская сперма, этого человека, кто вас… Насильники не остановятся. Они будут до последнего…» — подчеркнула Марина.

Она добавила, что мужчина вряд ли отпустит девушку в подобной ситуации, если она захочет все прекратить. И здесь важно привлечь юристов. Адвокат может подсказать, как вести себя дальше.

Терпеть унижения, не строить свою личную жизнь, быть чьей-то игрушкой — это еще более больно, чем просто порвать окончательно все это

Калинов посоветовал не тянуть и в схожих ситуациях обращаться к адвокатам и в органы. Если девушка обратилась не сразу, а через время, доказательств может быть меньше.

«Что делать? Фиксировать всю переписку, использовать диктофон в общении. При каких-то угрозах. При угрозах склонения к сексу она, конечно же, может использовать диктофон, переписку, а также использовать каких-то личных знакомых, которые также могут являться свидетелями по возбужденному уголовному делу», — отметил адвокат.

По его словам, даже если девушка просто рассказала кому-то, что ее домогаются, этот человек — уже свидетель. Таких знакомых, родственников может быть много. Их показания могут быть положены в основу обвинения и быть вескими.

Сексуализированное насилие над детьми: истории повзрослевших жертв в их собственных воспоминаниях

Количество преступлений против половой неприкосновенности детей неуклонно растет. Согласно статистике Генпрокуратуры, по итогам прошлого года зарегистрировано 14,8 тысячи преступлений. Скорее всего, статистика даже вполовину не отражает ситуации с сексуальным насилием над детьми, потому что родители пострадавших умалчивают о том, что произошло, а дети боятся рассказывать об этом родителям.

Наш автор Татьяна Черемухина поговорила с четырьмя женщинами, пережившими сексуальное насилие в детстве, о том, что с ними случилось, как они это пережили, и что они делают сейчас, чтобы уберечь от насилия собственных детей. Имена в статье изменены.

Светлана, 42 года

Мои родители часто говорили мне не заходить в лифт или в подъезд с незнакомыми людьми, не доставать при них ключи от квартиры. Я же считала, что взрослые всегда поступают правильно, я даже и подумать не могла, что они могут мне как-то навредить, что им даже такая мысль может в голову прийти. Поэтому все инструкции о безопасности я не очень воспринимала.

Когда мне было лет 9, я возвращалась домой из бассейна, это было днем. Зашла в подъезд, а там стоит парень. Ну стоит и стоит. Когда я зашла в лифт, он зашел вместе со мной. Потом он нажал две кнопки, чтобы лифт остановился между этажами. Я еще подумала, что это очень странно. После этого он сказал мне не кричать, мы вышли из лифта, и он повел меня между этажами. Там на лестничной клетке он меня изнасиловал.

Вы рассказали об этом родителям?

В силу возраста я вообще не поняла, что случилось. Я позвонила маме на работу, она спросила: «Он с тобой что-то сделал»? Я ответила, что нет, ничего. Ну ведь действительно, он меня не избил, не поранил, я жива и здорова. Почему-то мне не было больно во время изнасилования, поэтому я посчитала, что со мной ничего не случилось.

Дома был старший брат, который объяснил, что за такое «ничего» людей сажают в тюрьму, что это уголовное преступление. Я обдумала это и еще раз позвонила маме, рассказала, что произошло.

Скажите пожалуйста, на дальнейшей жизни это событие как-то отразилось? Может быть, вы стали бояться заходить в подъезд, или ходить куда-нибудь?

Нет, ничего такого. Как ни странно, в этой ситуации меня больше травмировала реакция мамы. Она ничего не объяснила мне, но начала водить по гинекологам. Никакой эмоциональной или другой поддержки я не получила. Родители сами никогда об этом случае не говорили, и сказали, чтобы я никому не рассказывала.

У вас нет детей. Но если бы были, что бы вы изменили в методах воспитания относительно методов ваших родителей?

Я анализировала тот случай, и пришла к выводу, что мне много говорили из разряда, чего не делать. Но никогда не говорили, что надо делать.

Например, не заходить в лифт с незнакомцами. А что делать, если он сам зашел?

Меня воспитывали в духе безоговорочного подчинения взрослым. Тот парень сказал не кричать — я не кричала. А ведь если бы закричала, скорее всего, он сам бы убежал.

Или мне говорили, что меня могут изнасиловать, но я не понимала, что это слово означает. Даже когда это случилось, я не знала, что это и есть изнасилование. Детям надо давать не только инструкции, но и объяснять значения слов.

Вот эти моменты я бы обязательно прорабатывала с детьми.

Валентина, 54 года, двое взрослых детей

Мы жили в маленьком городке, где все друг друга знали. Наш сосед был очень уважаемым человеком — фотографом и писателем. У мамы с ним были очень хорошие отношения. Сейчас мне это кажется немыслимым, но мама отпускала меня с ним вдвоем за грибами, когда мне было лет 15. Никакой угрозы от него я не чувствовала, наоборот, очень доверяла.

Этот сосед фотографировал мой класс на выпускном. Поскольку я жила рядом, я и пошла к нему забирать фотографии. Он был очень любезен, что-то показывал, о чем-то рассказывал. В какой-то момент он начал меня обнимать, целовать, полез под платье.

Я понимала, что происходило что-то ненормальное, но активно не сопротивлялась. В итоге как-то ушла из его квартиры, потом старалась обходить стороной.

Вы рассказали родителям о произошедшем?

Нет, потому что у мамы с ним были хорошие отношения, и мне не хотелось, чтобы из-за меня они испортились.

И потом, у меня была установка, что если со мной что-то случилось, то я сама в этом виновата. Не надо было заходить, не надо было так одеваться, не надо было глазки строить.

В дальнейшем вы сталкивались с подобными ситуациями?

Мне всегда казалось, что ничего такого в моей жизни не происходило, что это все где-то с кем-то, но не со мной. Но сейчас вот во время разговора вспомнила много эпизодов, когда все могло бы закончиться плачевно.

Например, в стройотряде я ехала вдвоем с незнакомым мужчиной на машине, и он вдруг остановился посреди дороги под предлогом, что здесь много ягод, и предложил пойти с ним в лес их пособирать. Я согласилась, мы уходили все дальше от дороги, потом вернулись в машину, где он начал домогаться меня. А это какая-то глухая дорога в Сибири, на много километров никого.

Похожая ситуация была еще раз, когда я добиралась на попутках до своего городка.

Позже, когда я уехала поступать в Москву, меня преследовал мужчина в метро, и мне чудом удалось убежать от него.

Это вы уже были не ребенком, раз говорите про стройотряд, институт?

По годам-то я, конечно, уже была взрослая, но умом была ребенком. Со мной никто никогда не обсуждал такие вопросы, воспитывали в духе советской идеологии. Все мои представления о любви и близости основывались на фильмах. Тогда мне и мысли не приходило, что кто-то может повести себя не по-советски.

Вот тоже очень показательный случай. Со своим будущим мужем мы познакомились в стройотряде. Он мне понравился, но я сразу сообщила, что я девушка честная, и до свадьбы ни-ни. Он сказал: «Ну конечно».

В конце сезона уже почти все разъехались, молодежи осталось мало. Он зашел ко мне, мы слушали музыку, начали обниматься-целоваться. В какой-то момент я почувствовала боль и поняла, что произошло. Спросила его: «Как же так, ты же обещал, что этого не будет»? На что он ответил: «Ну а ты что, не понимала, к чему все идет»?

А я действительно не понимала, я доверяла его заверению, что он не будет настаивать на близости. Я же понятия не имела, как это все происходит.

А когда у вас появились свои дети, вы обсуждали с ними такие вопросы, старались обезопасить их?

К сожалению, нет. Я понимала, что надо бы, но все время казалось, что и так все хорошо. У нас с детьми всегда были очень теплые и доверительные отношения. Сейчас я понимаю, что очень зря я так думала. К счастью, все обошлось, но с дочерью чуть не случилась беда, когда она была подростком. Во многом это произошло потому, что я не уделяла вопросам безопасности и полового воспитания должного внимания.

Оксана, 35 лет, сыну 3 года

Мы жили недалеко от школы, минут 10 ходьбы. Между домами и школой в ряд стояли гаражи.

В конце первого класса учительница организовала поход с классом. Я шла утром с походным рюкзаком в школу. Вдруг около тех гаражей появился мужчина и сказал, что там за гаражами живой ежик, и он может мне его показать.

Я оставила рюкзак прямо на дороге и пошла с ним. Там лежал сверток из газет, завернутый в пакет. Не могу точно сказать, но мне кажется, из свертка торчало что-то типа ножей.

Я спросила, где же ежик. Мужчина сказал, что это и есть ежик. Только чтобы его не спугнуть, надо тихонько посидеть и подождать. Поставил меня на колени перед свертком, а сам сел позади меня. Потом сказал, что мне надо снять трусы, чтобы ежик точно не испугался.

Я понимала, что это ненормальная ситуация, но от страха не могла пошевелиться. Он снял с меня трусы, начал трогать меня.

Потом вдруг спросил, есть ли у меня с собой нож. Я ответила, что есть в рюкзаке, а рюкзак на дороге. Он попросил сбегать за ним. К счастью, у меня хватило ума взять рюкзак и пойти в школу. Даже не хочу думать, чем это могло бы закончиться.

Вы кому-нибудь рассказали? Учительнице? Маме?

Я тогда опоздала в школу, и учительница отругала меня. Рассказывать перед всем классом о произошедшем было невозможно, меня бы потом затравили. А маме я не могла рассказать, потому что знала, что услышу: «Зачем ты с ним пошла? Ты что, ежиков не видела? Это ж надо быть такой дурой, чтобы пойти с незнакомым мужиком ежика смотреть»! Мне и без того было плохо, чтобы выслушивать еще и ее обвинения. Ей я рассказала гораздо позже, когда моя младшая сестра пошла в школу, и встал вопрос, нужно ли ее провожать. Собственно, мои предчувствия меня не обманули. Именно это я тогда и услышала.

Как вы справились со стрессом? Что помогло?

Когда прошел испуг, и я успокоилась, я начисто забыла о произошедшем. Видимо, психика сама блокирует то, что может нам навредить. Того мужчину я больше никогда не встречала, но за гаражи не ходила, хотя все дети там играли.

У вас сын, как планируете с ним обсуждать вопросы сексуального характера?

Ему три года, и воспитание, в том числе, сексуальное, идет полным ходом. Тот случай ясно показал мне, что знание — сила. Ребенком, который не понимает, что происходит, очень легко воспользоваться. Со мной никто этих вопросов не обсуждал, может быть считали, что еще рано. Как показывает жизнь, рано не бывает.

Я не хочу ждать какого-то возраста, когда уже будет «пора», я знаю, что это ловушка. Если такие вопросы никогда не обсуждались, то начать разговор «об этом» очень сложно, тем более с ребенком противоположного пола.

Проще не делать из сексуальной сферы секрета, а растить в этом знании. Я с рождения называла все части тела так, как они называются. У нас есть книжки о теле в свободном доступе, периодически вместе смотрим картинки, обсуждаем.

Вопросы безопасности поднимаем, сейчас я это делаю на примере героев из книжек. Например, читаем «Груффало», я спрашиваю, почему мышонок не пошел с лисой завтракать? И разворачиваю эту тему. Ненавязчиво, не запугивая, рассказываю, что не все желают друг другу добра, и надо это понимать. Быть вежливым, хотеть помочь другим — это хорошо, но безопасность важнее, и в некоторых случаях не надо быть вежливым, надо уходить или отказывать. Есть книжки Петрановской «Что делать, если…», но пока ему рановато.

Еще я считаю очень важным объяснить сыну, как правильно общаться с девочками. Девочек все стараются обезопасить, и это понятно, по статистике чаще всего пострадавшие именно девочки. Но по той же статистике страдают они от мужчин. Поэтому на родителях мальчиков лежит ответственность, чтобы объяснять, как можно, а как нельзя себя вести с девочками.

Мария, 40 лет, дочерям 11 и 15 лет

Когда мне было 10 лет, меня отправили в пионерлагерь. Мобильных телефонов тогда не было, и мы бегали звонить родителям по городскому телефону из подсобки сторожа. Он был добрым, никогда не отказывал. Обычно мы бегали стайками, по двое-трое. А однажды так получилось, что я пошла одна. Позвонила папе, сторож завел разговор о чем-то. Потом спросил, можно ли меня поцеловать в грудь. Я разрешила, думала, он так, через одежду будет целовать. А он поднял футболку и начал целовать меня. Потом уговаривал с ним полежать на кровати, но тут уже я опомнилась.

Ходили потом еще звонить?

Ходила. Я не придала никакого значения произошедшему, наоборот, мне было лестно, что такой взрослый мужчина обратил на меня внимание.

Сейчас я думаю, что в 10 лет мне очень важно было получать персональное внимание, а в лагере его не было. Там же вожатым главное, чтобы все были на месте, никакого личного общения не предполагалось. Все строем, все отрядом. И такое внимание со стороны сторожа восполняло этот недостаток. Настолько, что это перевешивало страх и здравый смысл.

И не было понимания, что его поведение ненормально?

Почему-то нет. Хотя почему «почему-то»? Потому что я не знала, что такое педофилия, и что от таких добрых дядечек надо бежать, сверкая пятками.

А родителям рассказали об этом случае?

Нет. Опять же, потому что не придала никакого значения такому поведению. Да и понимаете, время было другое. Мое поколение воспитывалось не родителями, а обществом. Не знаю, как объяснить. Может быть, помните книги и фильмы того времени? В них дети сами объединялись, чтобы решать вопросы жизни и смерти, взять, например «Тимур и его команда». Если что-то случалось, никто не шел к родителям, решали все вопросы сами, как могли, друзей привлекали, но не родителей.

Если бы я поняла, что поведение этого сторожа ненормально, я бы пошла к директору лагеря. Сама, не говоря родителям. Лагерь ведь и был задуман как место, где дети живут без родителей и учатся решать разные вопросы самостоятельно. К тому же, мы были пионерами, а пионеры только так и поступали.

А с вами родители обсуждали вопросы сексуального характера?

Когда мне было лет пять, я спросила, откуда я появилась. Мама ответила: «Из писи». На фоне мам, у которых дети появлялись из животика, она была очень прогрессивной в этом вопросе. К сожалению, это был единственный раз, когда мы обсуждали такие вопросы. Все остальное я узнавала от подружек, что-то додумывала. Подростком ходила в библиотеку, тогда как раз начали появляться тематические книги. Написаны они были коряво, как будто авторы сами стеснялись того, о чем писали, но это хоть как-то восполняло недостаток информации.

А со своими детьми вы что-то поменяли в плане сексуального воспитания?

Конечно! Весь мир поменялся, информации через край, причем у детей к ней тоже есть доступ. Не вижу смысла обходить эти темы стороной. И еще я прикладываю все усилия, чтобы сохранять с дочерьми хорошие отношения, не осуждать, если что-то случилось. Очень ценю, когда они со своими проблемами приходят ко мне. Дети не должны оставаться со своими проблемами один на один.

Ещё почитать по теме

«Не стать преступником»: как в разных странах борются с педофилией

«Вероятно, можно пережить свою боль и обиду, но тревогу за собственных детей это не исправит»: история жертвы педофила

Источник https://people.plus-one.ru/news_articles/287-p-laquo-emu-postoyanno-pozvolyali-menya-myt-raquo-kak-zhit-esli-rodnye-bratya-prevraschayutsya-v-nbsp-muchiteley-istoriya-vtoraya-p

Источник https://360tv.ru/tekst/crime/on-menja-iznasiloval-istorija-harassmenta-i-sovety-devushkam/

Источник https://n-e-n.ru/paintalk/

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: